Паламарчук Пётр Георгиевич (20 декабря 1955 — 14 февраля 1998) прозаик, публицист, историк, москвовед Родился в семье военного моряка; дед по отцу — малороссийский литератор, писавший под псевдонимом М. Чечель; дед по матери — маршал П. И. Кошевой, дважды Герой Советского Союза, родословная которого восходит к кошевым атаманам Запорожской Сечи. Окончив в 1978 г. МГИМО, Паламарчук 11 лет работал в Институте государства и права Академии наук. Защитил кандидатскую диссертацию об исторических правах России на Арктику, выпустил монографию «Ядерный экспорт: международно-правовое регулирование» (1988 г.). Христианское умонастроение, обретённое Петром уже в юности, в СССР не приветствовалось, и Паламарчук ряд своих работ опубликовал под псевдонимами (В. Денисов, В. Д. Носов и др.) за рубежом — в журналах «Вестник Русского христианского движения» и «Континент» (Париж), «Вече» (Франкфурт-на-Майне), «Посев» (Мюнхен), «Русское Возрождение» (Нью-Йорк, Москва, Париж), в газете «Русская мысль» (Париж), «Наша страна» (Буэнос-Айрес), «Единение» (Австралия). За подписью «Носов В. Д.» издал в Лондоне художественное исследование «Ключ к Гоголю» (1985), раскрывающее религиозное мировоззрение писателя. За подписью Семён Звонарёв выпустил четырёхтомник «Сорок сороков. Иллюстрированная история всех московских церквей» (Париж, 1988–90 гг.). Каждую историческую справку Паламарчук снабдил подробным перечнем печатных и архивных источников и фотоснимками. Второе издание труда вышло уже в переработанном и дополненном виде под настоящим именем автора (М., 1992–96 гг.). Уникальный справочник стал живым путеводителем по московским святыням, а также практическим руководством к их восстановлению. Почти одновременно Пётр Георгиевич выступил на родине в качестве литературоведа и историка, публикатора и комментатора русской классики — Г. Р. Державина, К. Н .Батюшкова, Н. В. Гоголя. Дебютировал в Москве биографической повестью «Един Державин» (Литературная учеба. 1982 г. № 4) с искусной стилизацией под русскую речь XVIII в. Размышляя о тайнах жизни и смерти, опираясь на творчество поэта, Паламарчук по-новому прочитал и осмыслил его образ, представил Державина крепким в патриотических убеждениях, отстаивающим самобытные устои народной жизни. В 1986 г. повесть удостоена всесоюзной премии «за лучшую первую книгу молодого писателя». В 1989 г. Паламарчук напечатал очерк-исследование «Александр Солженицын: Путеводитель» (Кубань. 1989. №№ 2–5) — первый обстоятельный критико-биографический обзор творчества ещё не публикуемого в России писателя-изгнанника (отдельным изданием М., 1991). Паламарчук вошёл в русскую литературу оригинальными и зрелыми произведениями. Большая часть литературного наследия Паламарчука — безпрецедентная попытка создать средствами художественного слова некий всеобъемлющий путеводитель по отечественной истории. В её реализации соединились объективность летописца, учёность агиографа и талант сказителя. Паламарчук прекрасно знает легенды и поверья, былины и были родной страны — от повествований Нестора-летописца и сказаний о граде Китеже до секретных циркуляров КГБ. Историко-художественные «сказания» Паламарчука — «Чисто поле. Тринадцать современных сказаний» (1987), романы «Ивановская горка» (1989), «Векопись Софийского собора Кременца-на-Славе за тысячу лет» (1991), повесть «Козацкие могилы» (1990), «Хроники смутного времени» (1993) — представляют собой обширные исторические полотна, где перекрещиваются прошлое и настоящее трёх частей Руси — Великой, Малой и Белой. «Сказания» — принципиально важные «опыты», возобновляющие традиции отечественного летописания в современности. Развитие сюжета здесь нередко отходит на задний план, уступая место религиозным, историческим и философским размышлениям. Необычайна широта тематического охвата его произведений: от жизнеописаний русских святых, сказаний о чудотворных иконах и основание монастырей до очерков о восшествии на престол Анны Иоанновны, от рассказа о первой российской поэтессе (императрице Елизавете) и писателях прошлого века до корифеев XX в. — А. Ремизова, В. Набокова, А. Солженицына (с Солженицыным Паламарчука роднит не только стремление к решению «вечных вопросов», но и пытливая тяга исторического правдоискательства). Для Паламарчука свойственно осмысление современных событий в контексте не 70-летней, а 1000-летней истории страны. Удачное обретение нового жанра, сочетающего беллетристику и отечественное летописание, нашло наиболее полное воплощение в книге «Хроники смутного времени». Первая часть — «От преддверия коммунизма до 1000-летия Крещения Руси: Новый Московский летописец» (1-я публ. в журнале «Вече». 1989–90. №№ 36–38) — «хроника событий, определивших переход из «преддверия коммунизма» ко «второму тысячелетию русского православия» (1979–88). Вторая часть — роман о чудесах Богоматери «Золотой оклад, или Живые души», в самом названии которого чувствуется перекличка и полемика с Н. Гоголем — любимым писателем. Несомненной удачей Петра Георгиевича является тщательно выписанный в романе «Нет. Да» (Москва. 1995. №№ 8–9) образ митрополита Иоанна Максимовича, нового святого Русского зарубежья. Он проступает, как изображение на плащанице — подлинный подвижник, который в отличие от простого смертного обладает не биографией, а житием. Образу подвижника сопутствует драматическая история Белого движения и русской эмиграции 1920-х, открываемая сознанием нашего современника — второго героя романа. Особенность исторической прозы Паламарчука — ведение двух (или более) линий повествования, основанных на контрастах и с использованием чрезвычайного множества исторических источников, рукописей и архивных документов. Обилие отступлений нередко превращает сюжет в подобие лабиринта; вставные новеллы следуют одна за другой, перемежаясь потоком воспоминаний. Фабула развивается не столько в параллельных, сколько в смежных мiрах, но даже параллельные прямые у Паламарчука сходятся, например в эпилоге — за гранью посюстороннего мiра. Лексическое богатство, ассоциативность образов, виртуозное владение словом очевидны, а стилизации (писатель хорошо освоил стилистические особенности книжной, фольклорной, разговорной, простонародной речи разных эпох и приёмы самых различных литературных школ) эффектны. Новаторские тенденции позволили Паламарчуку эволюционировать от беллетристики к своеобычному метафизическому жанру — симбиозу филологии, истории и психологии, примером чего является повесть «Алфавит и океан» (1997 г.). Повесть стройна по замыслу; в ней всё глубоко символично и осмысленно. Ее герой, в котором угадывается сам автор, решает переписать истрёпанную телефонную книжку — «сей путеводитель по телефонному свету». В процессе перезаписи, когда стираются условные грани между живущими и умершими, повествование переключается в другой регистр, а справочник трансформируется в путеводитель по иной реальности. С 1997 г. и до своей кончины Паламарчук — постоянный автор журнала «Купель», где талантливо проявил себя как детский автор, опубликовав очерки о святынях и святых православия, исполненные тонкого лиризма. За особый творческий вклад в духовное возрождение России и несомненные заслуги перед Русской православной церковью Паламарчук в 1997 г. удостоен Макариевской премии. Общительный, остроумный и доброжелательный — таким навсегда запомнился своим читателям Пётр Георгиевич Паламарчук, подвижник русского слова.