БЯ́ЛИК Хаим Нахман (1873, Рады, Волынь, – 1934, Вена), выдающийся еврейский поэт. Писал в основном на иврите. Бялик родился в бедной еврейской семье. Первые пять лет своей жизни Бялик провел в деревенской глуши, в тиши лесов и полей, очарованный красотами окружающей природы. Почти на всех этапах своего творчества Бялик возвращается к первым откровениям детства и воплощает их в стихах и поэмах «Па‘амей авив» («Весна»), «Циппорет» («Мотылек»), «Зохар» («Зори»). В поэме «Ха-бреха» («Заводь») пруд, на берегу которого он мальчиком сидел часами и следил за отражением в нем солнца, становится символом поэзии и искусства. http://www.eleven.co.il/article/10652 Лишившись службы, отец Бялика переехал в Житомир, поселился вместе с семьей в пригороде, где ютилась еврейская беднота, и открыл маленькую корчму для проезжающих крестьян. В Житомире Бялик поступил в хедер. Впоследствии в одной из своих поэм «Ави» («Мой отец») Бялик с потрясающим трагизмом сопоставляет образ отца, мечтателя и мистика по своему душевному складу, с низменным образом действительности, окружавшей его. В 1880 г., после смерти отца, мать Бялика отдает его на попечение и воспитание деду — суровому и благочестивому старику-талмудисту (см. Талмуд). В доме деда Бялик провел десять лет. В автобиографическом очерке Бялик рассказывает, что в этот период в нем зарождаются три влечения, впоследствии нашедшие отражение в его поэзии. Первое — страсть к шалостям, играм и забавам, противостоявшая строгой атмосфере, царившей в доме деда. Второе — стремление к одиночеству, «уйти в себя, замкнуться, отдаться мечтам». Третье — страстное влечение к книгам. Мальчик запоем читал религиозную литературу, погрузившись в библейские книги и Талмуд. Достигнув 13-летнего возраста, Бялик переходит в бет-мидраш — молитвенный дом, где юноши в полном отшельничестве посвящают себя изучению священных книг. Здесь Бялик продолжает изучение Талмуда и знакомится с мистическим учением каббалы. Образ ученика-отшельника Бялик вывел в одной из своих ранних поэм «Ха-матмид» («Подвижник»). Однако новые веяния еврейского просвещения (см. Хаскала) проникают и в среду бет-мидраша. В руки Бялика попадают, несмотря на строгий запрет, книги писателей-просветителей, открывающие ему новые области мира культуры. Решив приобрести общее образование, Бялик отправился в знаменитую в то время Воложинскую иешиву (см. Воложин) в надежде, что кроме Талмуда там преподают и общие предметы. Убедившись в своей ошибке, он занялся самообразованием. Из современной еврейской литературы большое впечатление произвели на него появившиеся тогда первые статьи Ахад-ха-‘Ама, идеолога «духовного сионизма», оказавшего самое сильное влияние на мировоззрение Бялика. Тогда же Бялик без посторонней помощи начал изучать русский язык, и первой прочитанной им русской книгой был сборник стихотворений С. Фруга. В поэзии на иврите преобладало в то время романтическое течение, проникнутое идеями движения Ховевей Цион. В этом духе написано и стихотворение «Эл ха-циппор» («К ласточке»), явившееся печатным дебютом Бялика (опубликованным в альманахе под редакцией И. Х. Равницкого «Ха-Пардес», 1892). Для пополнения образования Бялик приехал в Одессу, но вскоре, узнав о смертельной болезни деда, был вынужден вернуться в Житомир. Стихи «Ми-шут ба-мерхаким» («После скитаний на чужбине»), «Би-тшувати» («Возвращение») и «Хирхурей лайла» («Ночные думы») отражают тяжелое душевное состояние Бялика, вернувшегося к жизни в бедности и в атмосфере беспросветного духовного обнищания. В 1893 г. Бялик женился на Мане Авербух и некоторое время занимался вместе со своим тестем торговлей лесом. Затем Бялик переехал в Сосновицы, где преподавал в школе еврейские предметы, посвящая досуг литературе. В этот период Бялик написал свое первое обличительное стихотворение в стиле библейских пророков «Ахен хацир ха-‘ам» («Как сухая трава»), открывшее собой знаменитый цикл «Песен гнева», в котором поэт бичует народ за косность, духовную нищету и отсутствие стремления к обновлению: «Даже в утро борьбы под раскатами труб/ Не проснется мертвец и не двинется труп». Это стихотворение произвело огромное впечатление. Популярность Бялика быстро росла. По приглашению виднейших деятелей еврейской культуры Бялик переселился в Одессу и стал преподавателем в учрежденном там образцовом хедере. Совместно с И. Равницким и С. Бен-Ционом Бялик основал издательство «Мория», в котором редактировал книги для детей. Одновременно Бялик принимал активное участие в журнале Ахад-ха-‘Ама «Ха-Шиллоах» и опубликовал в нем ряд стихотворений и бытовую повесть «Арье ба‘ал гуф» («Арье-кулак»), продемонстрировав в ней большое мастерство в жанре реалистической прозы. В 1902 г. вышел в свет первый сборник его стихов. В 1903 г. Одесский общественный комитет послал Бялика в Кишинёв, чтобы собрать на месте документальный материал о совершенных там во время погрома зверствах. Под впечатлением увиденной картины Бялик создал потрясающую поэму «Бе-‘ир ха-харега» («В городе резни», в русском переводе — «Сказание о погроме»). Беспощадный реализм сочетается в ней с обличением безволия народа, отдающего себя на растерзание. Велико постигшее население страшное горе, но страшнее его позор — вот основная мысль поэмы. Призыв Бялика к сопротивлению воодушевил еврейскую молодежь на самооборону и борьбу за обновление жизни народа. «Сказание о погроме» сделало Бялика самым популярным еврейским поэтом его времени. Историк и критик И. Клаузнер назвал его «поэтом национального возрождения». В 1908 г. вышло полное собрание стихотворных произведений Бялика. С 1904 г. Бялик — редактор отдела художественной литературы в журнале «Ха-Шиллоах». В 1908–1909 гг. Бялик вместе с Равницким выпустил капитальный труд «Сефер ха-аггада» — антологию легенд, рассказов, притч и изречений, извлеченных из Талмуда и Мидраша, заново отредактированных, частично переведенных на иврит с арамейского (см. Арамейский язык) подлинника и снабженных комментариями и пояснениями. В собирании литературного наследия прошлого и народного творчества во всех его формах Бялик видит неотложную задачу современной еврейской культуры. Он перевел с идиш народные песни, положив начало современной народной песне на иврите. Некоторые свои произведения Бялик переводит на идиш и сам пишет на этом языке ряд стихотворений. Сборник стихов Бялика на идиш «Фун ца‘ар ун цорн» («О печали и гневе») вышел в 1906 г. Перу Бялика принадлежат переводы на иврит «Дон Кихота» Сервантеса и «Вильгельма Телля» Шиллера, а также драмы С. Ан-ского «Ха-диббук». Сборник «Стихи и поэмы» Бялика в русском переводе В. Жаботинского, вышедший в 1911 г., был восторженно встречен читающей публикой. «Для меня Бялик — великий поэт, редкое и совершенное воплощение духа своего народа... Точно Исайя пророк... и точно богоборец Иов», — писал о нем М. Горький в статье «О Бялике» (1916). В 1907 г. и 1913 г. Бялик принимает участие в Сионистских конгрессах. В 1909 г. он посетил Эрец-Исраэль, где мог воочию убедиться в громадной популярности своего творчества в ишуве — его стихотворения вошли в школьные программы, а песни распевали халуцим. Одна из его песен, «Биркат ам», стала гимном рабочих ишува. В Одессе Бялик жил с небольшим перерывом до 1921 г., когда по ходатайству М. Горького и с особого разрешения В. Ленина Бялик вместе с группой еврейских писателей покинул Советский Союз. После четырехлетнего пребывания в Берлине, где он развил широкую издательскую деятельность, Бялик приехал в Эрец-Исраэль и поселился в Тель-Авиве. Он сразу же становится центральной фигурой в культурной жизни страны. В доме Бялика еженедельно происходил культурно-просветительский симпозиум, получивший название «Онег шаббат» («Субботнее наслаждение»). Бялик принимал активное участие в работе крупных культурных учреждений: Еврейского университета в Иерусалиме, Художественного музея в Тель-Авиве, театра «Хабима», Союза писателей, пишущих на иврите и их ежемесячного печатного органа «Мознаим». Бялик принимает участие в Сионистских конгрессах (1921, 1931), совершает турне по США (1926) и по ряду стран Европы (1931). Постоянная забота Бялика о собирании и хранении поэтического наследия прошлого принимает форму систематической научной работы над произведениями средневековых еврейских поэтов Испании. Он издает шеститомное собрание сочинений Шломо Ибн Габирола и готовит издание стихотворений Иехуды ха-Леви и Моше Ибн Эзры. Бялик — основоположник детской литературы на иврите. Незадолго до смерти он публикует незаконченную поэму «Ятмут» («Сиротство»), воспроизводящую картины его детства и образы родителей. Бялик умер 4 июля 1934 г. (21-го таммуза 5694). Дом Бялика на улице его имени превращен в музей, в котором собраны все его произведения, письма, книги и другие материалы, касающиеся его жизни и творчества. Его именем названо крупное книгоиздательство в Израиле — Мосад Бялик — и израильская литературная премия. В поэтическом творчестве Бялика можно различить четыре этапа. Первый из них — период грусти и печали. Просветы в жизни еврейского гетто Бялик видит лишь в романтическом стремлении к Сиону и в подвижнической приверженности к традиционному учению. Второй этап характеризуется мятежными настроениями; усиливаются мотивы обличения народа за его безропотную покорность судьбе («Песни гнева», «Сказание о погроме») и призыв к возрождению («Мертвецы пустыни»). Этот этап сменяется периодом разочарования, когда поэт потерял веру в свое призвание и в способность народа к возрождению. Стихи третьего периода несут на себе печать пессимизма: «Мой молот не нашел наковальни!» — восклицает Бялик в стихотворении «Хозе лех брах» («Бежать? О, нет!»). За этим этапом следует 20-летний период поэтического молчания. Одной из редких лирических исповедей поэта в этот период является стихотворение «Шаха нафши ад афар тахат масса ахаватхем» («Я согнулся до земли под тяжестью вашей любви»), написанное как отклик на празднование 50-летия Бялика (1923) и содержащее характеристику автора: «Не поэт, не пророк я, я дровосек, труженик с топором в руке, смиренно выполняющий свою работу». Поэтическое творчество Бялика отражает борьбу противоположных начал: личного и национального, земного и духовного, национального и универсального, бунтарского новаторства и интимной приверженности к культурному прошлому, обличительного пафоса древних израильских пророков и глубокого лиризма. В поэзии Бялика отражен внутренний конфликт целого поколения. Тоскуя по цельности и гармонии, Бялик бесстрашно обнажает трагизм еврейской национальной жизни своей эпохи. Страдания еврейского народа лишились ореола святости: «Зачем, во имя чье вы пали? Смерть без смысла. Как ваша жизнь — как ваша жизнь без смысла прожита» («Сказание о погроме»). Отвергая рабскую покорность еврейства своего времени, он клеймит ассимиляцию не только потому, что она является изменой народу, но и потому, что она приводит к моральной низости и опустошенности. «Вы лгать изощритесь пред сердцем своим... В кумир иноверца и мрамор чужой Вдохнете свой пламень с душою живой» («Ахен, гам зе мусар Элохим» — «Истинно, и это кара Божия»). Романтико-мистический дух средневековой Каббалы запечатлен в лучших лирических стихотворениях Бялика — «Хахнисини тахат кнафех» («Приюти меня под крылышком»), «Аех» («Где ты»), «Михтав катан» («Письмецо»). В герое поэмы «Свиток о пламени», носящем автобиографические черты, соединены томление по идеалу со страхом перед собственным душевным хаосом. Бялик освободил поэтический язык от штампов и канонов, сообщив своему стилю небывалую до тех пор гибкость. Бялик принадлежит к тем немногочисленным избранникам в каждой национальной литературе, которые знаменуют переломную эпоху, и вместе с тем олицетворяет в себе жизненную силу первоисточников, живую историческую память. Он — единственный поэт 20 в., чьи произведения сформировали духовный облик целого поколения еврейства в России, Восточной Европе и Израиле. Еще в начале века Бялик предсказал трагедию восточно-европейской диаспоры и национальное возрождение еврейского народа. Исключительно многогранное творчество Бялика ставит его в эпоху новой и новейшей истории еврейского народа на то же место, какое в средние века занял в ней Иехуда ха-Леви.